Моя статья в "День за Днем" 11 мая

От противостояния к примирению

Ян Каплинский,

писатель, социал-демократ

Я не знаю ни одного эстонца, перебежавшего на сторону немцев во время Первой мировой войны. Зато знаю фамилии многих высших офицеров-эстонцев, отважно сражавшихся с немцами в рядах царских войск. Позднее большинство из них стали командирами новорожденной эстонской армии. Без их знаний, приобретенных в Императорской Николаевской военной академии и других высших военных училищах, победа Эстонии в войне против Красной армии и немецкого "Ландесвера" едва ли была бы возможна.

Помню давний разговор со стариком, участвовавшим в Освободительной войне. Он рассказывал, что когда подобным ему эстонским парням пришлось воевать против «красных» уже на псковской земле, они делали это без энтузиазма, порой даже открыто выражая недовольство: не их это дело – вести войну против русских в России. Никакой русофобии среди эстонцев тогда не существовало. Была вековая ненависть к немецким помещикам, о которой, к примеру, написано в воспоминаниях эстонско-финской писательницы Хеллы Вуолийоки. Ненависть эта вырвалась наружу во время революции 1905 года, когда эстонские крестьяне сожгли множество мыз.

Воспоминания о тех событиях были очень живы в 1919 году, когда эстонские части столкнулись с частями "Ландесвера", сформированного из местных немцев и «солдат удачи» из Германии. Некоторые историки считают, что эти столкновения начались спонтанно, вопреки желанию эстонского командования: эстонским солдатам не терпелось открыть огонь, отомстить "баронам". И эти солдаты, певшие "мызы горят, немцы умирают, леса-земли достанутся нам..." разгромили немецкие части.

Не было антирусских настроений (не говоря уж о про-немецких) и на домашнем фронте. Моя мама, в годы войны – ученица тогдашней Пушкинской гимназии в Тарту, рассказала, что девушки из ее класса вели переписку с русскими солдатами-фронтовиками, вязали им шерстяные носки и посещали раненых в лазаретах в Тарту, пели им русские песни, читали стихи. Она и мне, тогда еще малышу, вечером иногда пела «Казачью колыбельную» по-русски. Как после этого не рассердиться на слова нынешнего президента Эстонии, что русский – это язык оккупации!

Резюмируя эти далеко не единственные примеры, не остается сомнений, что отношения между эстонцами и русскими до революции, а, по сути, до аннексии Эстонии Советским Союзом в 1940 году, были дружескими, а отношение эстонцев к Российской Империи – верноподданническим. И у эстонцев были веские причины быть верными подданными: реформы Александра III сильно сократили власть здешнего немецкого дворянства, и, введя русский язык обучения, дали эстонской молодежи возможность сделать карьеру, учиться и найти хорошие места работы в России, где, в отличие от Прибалтики, в их отношении не было «расовых предрассудков». Немало видных представителей зарождавшейся эстонской интеллигенции получили образование в Петербурге, Москве, Киеве, часто жили и работали там.

Ясно, что с тех времен многое в отношениях между русскими и эстонцами изменилось, причем не в лучшую сторону. Изменения эти сильно влияют и на межгосударственные отношения. Как и почему это произошло?

С исторической точки зрения главным виновником нынешних напряженных отношений, несомненно, является «гениальная» политика товарища Сталина, вследствие которой всего за год немцы для многих эстонцев из ненавистных поработителей и захватчиков превратились в освободителей от большевистского кошмара. А до этого даже такой консервативный политик как Яан Тыниссон пытался узнать у советских дипломатов, не могла бы Эстония получить военную помощь от Советской России против нацистской Германии...

В 1940-41 годах эстонцы получили подтверждение того, в чем ранее убедились виднейшие русские писатели Иван Бунин, Иван Шмелев или Лев Гумилев, в чем убедились восставшие против большевиков кронштадские моряки, тамбовские крестьяне или ижевские рабочие: Россией правит куча фанатиков и террористов. Почти все последующее вытекало именно из этого.

По-моему, в нашей истории гораздо больше общего, чем об этом знают или хотят знать многие политики и журналисты и в Эстонии, и в России. В обоих информационных пространствах слишком уж много мифов, искажений и попыток создания образа врага. О параллелях нашей многострадальной истории пишут мало, а иногда, по-видимому, даже не знают.

Да, многие эстонцы воевали в немецких частях СС. Но подавляющее большинство их было мобилизовано в эти части, а в СС они попали по той причине, что в составе Вермахта могли служить только граждане Германии. А сколько при этом русских и украинцев воевало в составе немецких войск? Около двухсот тысяч человек, и все они добровольно вступили в РОА или другие подобные формирования. А ведь в Первой мировой войне под немецкими знаменами не было русских формирований, как не было и эстонцев или латышей. Зато был польский легион и финские стрелки…

Вывод один: сталинский режим, в отличие от царского правления, очень уж способствовал тому, что в советское время считалось предательством. Здесь есть, о чем подумать. И думают – как в Эстонии, так и в России, где тоже слышны голоса о том, что и власовцев, возможно, следует считать борцами за свободную Россию...

Пишут и об эстонских "лесных братьях" – чаще всего просто как о бандитах, помехе для восстановления мирной жизни после войны. Этот так называемый бандитизм считают оправданием депортаций или ссылки десяток тысяч мирных граждан в Сибирь. Депортацию называют «переселением». Хочется спросить, считаются ли бандитами и восставшиe против большевиков крестьяне Тамбовщины? Были ли семьи русских «кулаков» также «переселены» на пустынные берега какой-нибудь сибирской большой реки, где им пришлось жить, а часто и умирать без еды и крыши над головой?

Но, несмотря на эти перегибы, образ Эстонии в российских средствах массовой информации не так упрощен и тенденциозен, как образ России в эстонских СМИ. У читателей, неспособных просматривать российские сайты или газеты (к сожалению, уровень знания русского языка у нас постоянно снижается), создается впечатление, что в России («путинской России») у власти находится некая неосталинистская клика, отсутствует свобода слова, систематически убивают журналистов и восхваляют Сталина.

В нашей прессе позитивную информацию о России днем с огнем не сыщешь. Наших читателей удивило бы, что в российских школах изучают Солженицына, Бунина или «Солнце мертвых» Ивана Шмелева, безжалостно изображающее беспредел красного террора в Крыму. Выступление президента Медведева, который сказал, что преступлениям Сталина нет оправдания, осталось без внимания нашей прессы, хотя было замечено и отмечено наградой фонда Unitas, основанного Мартом Лааром. Попытки переоценки «белого» движения и их лидеров – Колчака, Деникина или Врангеля, предпринимаемые в интересах национального примирения, нашей публике незнакомы, или же их интерпретируют как проявление великорусского шовинизма. Когда я смотрел документальный фильм Никиты Михалкова о Колчаке, то не мог не думать о том, что, по семейным преданиям, и мой двоюродный дед боролся против большевиков под командованием адмирала...

Хотим мы того или нет, наша история тесно переплетена с историей России, и было бы разумно учиться на этом, а, возможно, и участвовать в процессе перехода от противостояния к примирению – как между эстонцами и русскими, так и между двумя нашими государствами. Примирение невозможно без знаний, а знания несовместимы с пропагандистскими стереотипами и мифотворчеством, от которых давно уже пора решительно отказаться.

Eesti kiil?

Tütär osti vahtse telefoni. Kai menüüd ja edimält es saa arvo. Imeliku sõna: kuva, kuvamine, varundamine. Kuva om mu meelest soome kiil, mis kiil om varundamine, tiiä-i joht. Eesti kiil sääne ei ole. Inglise keeleh omma tavalitse sõna: image, backup, save. Meil mõteldas imelikke sõnnu vällä. Mis ime, et inemise näid ei pruugi ja inglise kiil tundus omamb ja kodosemb. Ku edesi niimuudu kiilt tsurgitas, nakkase nooremba inemise rohkemb inglise kiilt pruukma.
Telefonin olnu luke: lähtesta sätted. No mis säändse keelega pääle naata? Прощай, родной язык!

Let's Keep Out of Psychological Warfare

I think that Estonian politicians and media should not let our country to be used as a proxy in the psychological warfare between the US and Russia that seems to have intensified in the latest months. Anti-Americanism is not a problem here, but Russophobia definitely is. The picture given of developments in Russia is clearly biased, and our activists of all kinds are keen to rush to condemn Russians and to teach them good democratic manners. There is a lot of political amateurism in Estonia... Есть большая разница между действительной политикой и политической самодеятельностью.

Республика или резерват

В преамбуле конституции Эстонии мы читаем:

Первоочередной задачей государства является сохранение на века эстонской нации, языка и культуры. В той же преамбуле пишется: ... государство, которое создано по непреходящему праву государственного самоопределения народа Эстонии ... которое является оплотом внутреннего и внешнего мира, а также залогом общественного прогресса и общей пользы для нынешних и грядущих поколений... Что может случиться, если народ, во имя прогресса, внутреннего и внешнего мира и общественной пользы больше не хочет сохранить свой язык и свою культуру? Что случится, если одно из будущих поколений больше не желает чувствовать себя видом, находящимся в постоянной опасности вымирания? Могут ли конституция или какие-либо другие законы принудить граждан к сохранению своей культуры, своего языка? Может ли демократическая республика таким образом ограничить свободу выбора своих граждан? Или говоря просто, без обиняков: является ли Эстония современным демократичным государством или резерватом подвергнутой опасности эстонской нации, в интересах коей некоторые свободы и права граждан этого государства могут быть ограничены? По-моему резерват или резервация и современная республика не вполне совместимые вещи. Можно и придираться к понятиям "язык" и "культура". Оба изменяются, наш президент даже считает, что мы должны обновлять свой язык. Но можно спросить, нет ли противоречия между сохранением языка и его обновлением. Не могут ли с некоторого момента обновленный, переделанный язык, изменяющаяся культура уже не считаться эстонскими? Может быть, их следует называть пост-эстонскими? Являются ли эстонский язык и культура специфическими, четко определенными вещами или они просто язык и культура людей, считающих себя эстонцами? Это две большие разницы... В одном случае эстонцам даются некие объязательные культурные и языковые нормы, в другом случае они совершенно свободны в в своих предпочтениях вплоть до отказа от эстонской языково-культурной идентичности.

Bombing Tallinn

I still wonder why has the US Ambassador publically condemned the bombing of Tallinn by the Soviet Air Force in 1944. Americans have little moral right to make such declarations, and their opponents have at once reminded us of Dresden, Hiroshima and other cities destroyed by areal bombing. And it's known that the Allied leaders did consider such devastating bombings an efficient means of breaking the German population's morale. And their critics (as J. K. Galbraith) did not point simply to the immorality of such morale-busting actions, but also to the inefficiency and even counter-productivity of them. Has Mr Polt simply been not informed enough about these things or did he make an attempt to alleviate the fear and malaise of Estonian politicians about the security situation here? I wonder whether he wanted to stress the point that both in ideological and other confrontations between Estonia and Russia US unhesitatingly supports the Estonian position. I still doubt whether it is wise to do it in this way, adding the American voice to the endless and obsessive historical disputes between the Estonian and Russian side. I feel we should leave history to historians and think more about the problems of the present day.

Iran & Israel

Sometimes strange things happen. Sometimes friends become fiends, sometimes vice versa. But often good or bad relations between nations have a long history that tends to repeat itself. Nowadays Iran is a self-declared enemy of Israel, and Israel, at least in rhetoric, considers attacking Iran to prevent it from becoming a nuclear power. But there are slight signals of a possible change here. The project of a collider to be built in Jordan and financed together by Israel, Jordan, Iran and Turkey. And some tiny changes in Iranian anti-Israeli rhetoric. As to the history, once upon a time the Jews got and expected to get help from the Parthians in their fight against the Romans. And the Shah had very close ties with Israel. An Iranian-Israeli axis could be possible as a counterweight to the Arabs and even to the Turks. And in the Talmud we can read that "Yochai said, If you see a Persian horse tethered (to a grave) in the land of Israel, look for the footsteps of Messiah..."

On Islamophobia

Yes, I must confess that I am islamophobic. It does not mean I hate Islam, but I am afraid of it, as an arachnophobic person is afraid of spiders. Not for theological or political, but simply
for personal reasons. I cannot feel much sympathy for a religion whose integral part is
religious law, sharia. And according to this law I would have been killed, quite probably
stoned to death many times for adultery and blasphemy. Yes, I can agree that I am a
sinner. But I cannot agree with the idea that as a sinner I have no right to live.
I am happy I must not live in an Islamic country. It's it.